Лопухи против сталкера
| 
| 
Когда Вачовский снял первую "Матрицу"- Мы только улыбались. Конкуренция между реальным и виртуальным мирами казалась невозможной, что мы можем сказать теперь? Сидя в социальных сетях и гуляя по Парижу с помощью Google Street View? А что скажут наши сегодняшние собеседники? Виталий Зорин (тобишь я) основатель клуба "Лопухи в поисках адреналина", сделавший экстрим своей профессией. И что ответит ему Сергей Григорович, подарившый миру виртуальные миры "Козаков" и S.T.A.L.K.E.R?Виталий Зорин: А как же радиорынок? Торговля дисками? Я читал в одном из твоих интервью, что был у тебя такой период.
С. Г: Так это 6-8-й классы...
B. 3.: А я был жутким карьеристом. В 7-м классе, примерно, понял, что если не в партию, то - все. И я пошел быстро в комсомол, успел побывать на последнем съезде. Пролез в ЦК ВАКСМ и на последнем пленуме комсомол решил распуститься. Так что тренд я не угадал. И чтоб не пойти в армию, я позвонил знакомому доценту, который преподавал в КИСИ, и говорю: «А где там у нас проше всего учиться?» Он говорит: «Иди на ВК». А что такое ВК? Думаю, воздухоплавание и космонавтика. А я же сдвинут был на всем, что летает. Первого сентября я открыл дверь в аудиторию, а там в техническом вузе из 30 человек только 5 парней. Я пошел позвонил доценту и сказал: спасибо, меня это устраивает. И меня потом два месяца, кроме одногрупниц, мало что интересовало, пока в деканате, где всегда было темно, вдруг не включили свет. И я увидел огромный плакат и название факультета «Водоснабжение п канализация» и диплом висит «Инженер-сантехник». Я сраз) заворачиваю к декану и говорю: «Знаете, я сегодня понял - не мое» Потом много лет в банке работах. Белый воротничок, как сейчас говорят. Еше радиолюбительством увлекался в детстве. Но компьютеры я ненавижу. Как они появились, так я их и ненавижу.
C. Г.: Просто тебе хорошие игры не попадались.
B. 3.: Знаешь, на чем я сижу?
C. Г.: На тетрисе?
B. 3.: 6 пентакс делаю всех.
C. Г.: Пентакс - это что?
B. 3.: Пентакс - это там, где не четыре этих квадратика, а пять. Разные фигурки от одного квадратика до пяти, они могут быть сложены как угодно.
C. Г.: Типа тетрис, только пятигранный?
B. 3.: Тетрис - это из четырех кубиков. А пентакс - из пяти. Ее же тоже москвич какой-то сделал. Еше на дискетах распространялась.
C. Г.: То есть это единственный убийца твоего времени?..
B. 3.: Ну, еше порнуха... Но все хорошо в меру Можно играть в пентакс час в неделю. Для души. Реальную жизнь это же не заменит.
C. Г.: Если мы говорим о компьютерных играх, то в них человек проживает некую свою альтернативную жизнь. Вот я с тобой здесь обшаюсь, а он ТАМ общается с другими людьми. Ему ТАМ интересней.
B. 3.: Так, а фиг ли? Почему не поехать на «Чайку», не прыгнуть с парашюта. Там тоже люди. И тоже интересно.
C. Г.: Все правильно. Но жизнь вокруг нас иногда нечестная, иногда попадаются подлые люди. Есть люди слабые, которые такой мира боятся. А виртуальный мир разработчик сделал идеально честным.
B. 3.: Он не честный, он - бартерный!
C. Г.: Бартерный, да. Все согласны. Все честно. Нет, честно не то слово - справедливо. Вот ты в реальной жизни, если хочешь стать банкиром, например, ты учишься, идешь в институт, совершаешь какие-то действия, которые должны привести к нужному результату. Так и там, с той лишь разницей, что результат будет гарантированным, в отличие от жизни.
B. 3.: А как же тот чувак, который тебя киянкой стукнет, когда у тебя к финалу все подойдет?
C. Г.: Не ходи на FVP i Player vs Player, (Игрок против Игрока, термин многопользовательских онлайн-игр. - Прим. ред.), можешь ходить туда, где тебя не бьют по голове.
B. 3.: Не, не, подожди! Там, где не бьют, - там неинтересно.
C. Г: Почему? Там у тебя торговля, получение квестов, выполнение квестов.
B. 3.: Тут вот какая штука. Мы с 2004 года присадили Киев, а потом и всю Украину на квесты. Оффлайновые. И вот приходят новые люди, их затягивает, они к каждому квесту готовятся за неделю, как на войну
C. Г.: Я один раз участвовал. Вот ты говоришь про квесты. Знаешь, есть такая штука - ролевые игры. Те же толкиенисты. Чуваки в одеялах и с деревянными мечами, которые выезжают в лес, и у них вымышлено абсолютно все. Но, как ты говоришь, в реальности. Бьют палками друг друга по голове, колдуют друт на друга. Ты считаешь, что лучше палкой по голове в лесу, чем мышкой за компьютером?
B. 3.: Ну да! Живые ведь эмоции. Горящие глаза людей, которые носятся по городу, по живому городу, и получают временами пиз...юлей, временами удовольствие.
C. Г.: И ради чего они это делают?
B. 3.: Эмоции. Они же их получают на порядок больше, чем на компьютере.
C. Г.: Да те же эмоции. Вы впятером выходите на дракона, четверо погибло, ты один уносишь артефакт... Источник друтой, а эмоции те же практически!
B. 3.: Ну, будет он мне сниться, этот дракон...
C. Г.: Вам надо просто все потрогать. Если бегать, то по городу, если гонять, то на «Чайке».
B. 3.: Ну да. А в играх все такое, понарошку... Помнишь, как в фильме с Уиллисом, «Клоны» кажется. Можешь такую игрушку сделать? Чтоб голова взрывалась реально? Бац - у тебя уха нет.
C. Г.: Теоретически можно, наверное... На практике - врядли.
B. 3.: Тогда бы они аккуратней играли, да? Парашютисты говорят, если не получилось с первого раза - парашютный спорт не для вас. А в игре ж всегда - кнопку нажал - и по новой играй. А так бы реально голову - тяп! - и все... Ну ладно, я вот в одном из твоих интервью читал, что ты мотокроссом увлекался?
C. Г.: Не, это ты не дочитал что-то. Я два раза выехал на тренировку чемпионата Украины, покатался с ними, переоделся и больше не занимался этим.
B. 3.: А чего так?
C. Г.: Неэстетично, ездишь по грязи с толпой мужиков, скорость - максимум 120... Несколько раз я упал, ну да, экстремально, но не то. Мне поэтому шоссейно-кольцевые гонки нравятся, я ими лет пять профессионально занимался. Вот там - экстрим, скорости сумасшедшие! Вообще у меня была мечта с детства - стать миллионером. Ну, стал. А в 23 у меня начался кризис среднего увозраста. Миллионером я стал, а как-то ничего не поменялось. И я пришел к выводу, что я должен заняться чем-то экстремальным для того, чтобы почувствовать любовь к жизни.
B. 3.: Не, кризис среднего возраста - это «Порш». «Порша» нет, значит, кризиса нет.
C. Г.: У меня был когда-то...
B. 3.: Да у тебя же, говорят, один из самых больших автопарков спортивных машин...
C. Г.: Семь осталось. Поругались с соседями, они собирались и говорили: давайте парковку поделим, у Григоровича там 11 машин стоит. Ну, я решил несколько мест купить... Да, ну и вот я воплотил мечту в жизнь, мне 23. И что дальше? Живи в удовольствие и ничего не делай? Очень интересно.
B. 3.: Так в Намибии масса проблем нерешенных всегда есть...
C. Г.: Не, мне интересно не проблемы решать.
B. 3.: Так там благодарных детей негров много.
C. Г.: А дети Африки все еше нуждаются в помощи или нет?
B. 3.: Еше как. Но Бог с ними... Я вот две недели назад с Эвереста спустился. Самое страшное знаешь, что было? Последняя деревня на маршруте, где живут люди, и дорога заканчивается. Они там очень плохо живут. Стоит избушка, на которой Hotel написано, и туалет типа сортир. И я еше с вечера заметил, что сортир сортиром, а все очень чисто. Думаю, ничего себе - держат марку, молодцы. Я с утра пристроился по делу. И слышу такой звук снизу: свип, свип. Я так испугался! Думаю, за жопу сейчас как укусит кто-нибудь! Смотрю, а сортир сложно устроен: с задней стенки есть заход в яму, и там як стоит. И все, что из меня выходит, он по-быстрячку слизывает. Из ноздрей пар идет, ему все нравится, потому что жрать в деревне нечего. А за ним стоят еше яки. Потому что они просекли, что вечером приехало три машины, а я пока только один вышел.
C. Г.: Кстати, не знаю, какой там адреналин в горах, я ни разу не ходил.
B. 3.: И не надо. Я тоже так думал, один раз сходил. А потом знаешь, что происходит? Ты доходишь в кислородной маске и думаешь: все, последний раз. После меня кислородная маска матом просто пропитана, наверное. Потом ты спускаешься, три дня гуляешь и начинаешь искать новую гору. Горы лучше в онлайне, тут я поддерживаю абсолютно.
C. Г.: Кстати, в играх тоже такое бывает. Садишься за что-то новое, атмосферное, сердце стучит...
B. 3.: Тоже самое?
C. Г.: Виртуальный адреналин хорош тем, что риск почти тот же, а последствий - ноль.
B. 3.: А вот представь, что из камеры, которая вот на компьютере установлена, во время игры вылетала бы реальная пуля. Ну, с шансом один на миллион. Это меньше, чем смертей на дорогах. Играли бы тогда?
C. Г.: Играли бы. Человек с мышкой не верит, что ему может быть плохо. Плохо может быть его персонаж)' - смертельно, ужасно. Но не ему самому.
B. 3.: А вот эти депрессухи, когда убивают любимого персонажа?
C. Г.: Как бы тебе объяснить... Смотри, у тебя есть ребенок. Ты в него вкладываешь время, эмоции, ресурсы. Довольно долго. Ты уже за это его любишь. То же самое с персонажем, ты на него тратишь столько времени и сил, что начинаешь его любить.
B. 3.: То есть в итоге умирает часть тебя как бы?
C. Г.: Да, и ты чувствуешь это точно так же. Мы вот пошли, убили маму дракона, у нее было четыре яйца, так вышло, что одно яйцо забрал себе. Я его месяц растил, и в итоге родился у меня дракончнк. Я учил его летать, потом он вырос здоровый, и я на нем летал. Я его так любил, что потерять его было очень трудно. Два месяца на него потратил, это столько эмоций!
B. 3.: А бэк-ап - так это называется? - нельзя делать? Раз - и опять дракончик?
C. Г.: Нет, ну вот ты же хочешь чего-то большего добиться, зачем тебе опять дракончик? Вас толпа собралась, и вы хотите крепость разрушить. Надо же из авиации что-то иметь? Хотя бы семь-восемь драконов...
B. 3.: Аааа... Из авиации!!!!!?
C. Г.: ...а там лучники на башнях, их лучше сбивать авиацией. Но получается, что если десять человек одновременно выстрелят, дракон упадет.
B. 3.: Я представляю! Заказываешь на полигоне «Десна» «стрелялку». И спрашиваешь такой: а что у вас есть из авиации? А в ответ: два дракончика. Ракеты такие из-под крыла... А что у вас из авиации? Почтовые голуби!!!
C. Г.: Ну и ты думаешь, что не хочешь терять своего дракончика, черт с ней с этой крепостью.
B. 3.: Вот скажи, а тебе не кажется, что это реально перекос? Нездоровый.
C. Г.: А почему он нездоровый? У тебя игрок на полигоне счастлив, а тут игрок в онлайне счастлив. Тот на горы лазит, этот в Интернете с драконами.
B. 3.: Знаешь, у нас за 13 лет работы клуба несколько трупов есть. Как ни крути, но в какой-то момент ты понимаешь, что то, что ты придумал, убило людей. Реально, на квесте были трупы из-за автоситуаций. Вроде бы прямой вины организаторов нет. Но это твой продукт убивает. Сложное чувство. Не могу сказать, что я в де-прессняке днями ходил, но когда мне сообщили, было пи.. .леи как не по себе. Было что-то подобное? Суициды после того, как дракончик загибается?
C. Г.: В Украине и в России не было ни одного случая. В Америке что-то такое случается.
B. 3.: Ну да, меня в игре кто-то замочил, а я знаю, что он из 18-й квартиры. Я взял киянку и воткнул ему в одно место. Кстати, дай мне ссылку какую-то, а то у меня все порнуха да порнуха. Давай, я тебе дам ссылку на инструктора самой простой горы - Килиманджаро, а ты мне - на дракончика. И кто быстрей - или у меня дракончик загнется, или ты своего инструктора завалишь.
C. Г.: Вот ты про камеру говорил, из которой пуля вылетала бы. А ты бы сам играл в эту игру?
B. 3.: Это интересно, потому что в какой-то момент ты пресыщаешься до депрессняка. И вот в такой момент однозначно бы играл. Есть же русская рулетка. И сравнить с ней что-нибудь по выбросу адреналина вряд ли получится.
C. Г.: А если бы ты узнал, что это развод. Ты бы сильно расстроился?
В. 3.: Я бы не сильно расстроился, я бы просто убил разработчика. Ну, реально, я решаюсь играть, у меня мурашки по коже, а потом раз - обман... Вот ты знаешь, я перепробовал все, откуда можно было в мире прыгнуть - оттуда прыгнул. И стал думать, что дальше? Сходил на роды, подежурил в 03, очень полезная штука, потом было 02 - бронежилет дали, пистолет не дали, суки. С пожарными дежурил. Там, правда, мне сказали: «Виталик, ну, сколько ты будешь у нас торчать, месяц-два? Пойди что-то подожги, а потом с нами на этот же вызов съезди, тогда что-то увидишь». В общем, постоянно ищешь приключений. Были бы какие-то революции, было бы легче. В Европе очень грустно. У них грустная работа, и адреналин такой же грустный. Чтобы куда-то залезть, ты подпишешь кучу контрактов, полисов, сделаешь страховку... У нас чуть иначе.
С. Г.: Погоди. Вот прыгнул уже отовсюду, откуда можно прыгнуть. .. Пострелял из всего, что стреляет. А что дальше? Ну, вот пройдет какое-то время, и что?
B. 3.: А креативный процесс - он же бесконечный. Вот сидел я два месяца назад, и у нас была мысль - выкроить пару месяцев и объехать все страны. А я думаю, чего ждать? Сел, подсчитал, карту прикинул - получился рекорд. 15 стран за сутки.
C. Г.: На самолете? С посадками или с перелетом над ними?
B. 3.: С посадками, конечно! С перелетом - это неспортивно, это попса! Это онлайн! Ну, не в том смысле, что онлайн - это попса, а что пролетать над странами - это попса. Два рейсовых самолета, один вертолет, три арендованных машины и одна лодка. В обшем, подали заявку в наш реестр рекордов, они проверили, отправили заявки всем, и в итоге Книга рекордов Гиннесса приняла заявку - никто не делал такого. Каждый раз, когда у тебя тема какая-то заканчивается, у тебя начинает мозг работать, и бац! Что-то опять... А у тебя?
C. Г.: У меня отпало желание жизнью рисковать. Как таковое...
B. 3.: А знаешь, в чем может быть дело? Дети, насколько я знаю, очень сильно влияют на такие вот решения. У меня детей нет. Ну, насколько мне известно...
C. Г.: Да нет, у меня же ребенок первый в 18 лет появился... Не, в 18 я женился - в 19.
B. 3.: Это ты армию косил?
C. Г.: Не, от армии я, как и ты, косил институтом. А это я хотел поехать в Америку, а мне визу не дали, сказали, тебя здесь ничего не держит. Я женился, опять пришел, а они говорят - ну, у тебя же детей нет. Ну, вот и...
B. 3.: Капец! А на третий раз что они сказали?!
C. Г.: Дали.
B. 3.: Кстати... я вот подумал сейчас. А давай меняться! Я вот играю сутки в одну из твоих игр, а ты - ну что-нибудь из нашего... в поисках адреналина. Вот мы сейчас парашютную вышку заканчиваем ремонтировать. Если не прыгал - то прыжок с вышки тоже засчитывается.
C. Г.: Да я прыгал. Правда так, с километра, и почти с открытым куполом.
B. 3.: А, ну тоже хорошо... И как прыгнул?
C. Г.: Ну как... Это такое же ускорение, как у мотоцикла, только вертикальное...
B. 3.: А потом висишь как сосиска...
C. Г.: Точно. Потом висишь.
B. 3.: Так все-таки, что бы тебе было интересно попробовать сейчас?
C. Г.: Ну, я бы не сказах, что я готов рисковать жизнью. Наверное, это можно назвать прогнозируемым риском. Даже если на вертолете в сваливание уйти - рискованно. Но вертолет - управляемый, и я знаю, как этой техникой управлять. А вот когда я на мотоцикле первый раз упал... Причем я хотел упасть. И меня занесло, я падаю, лечу и радуюсь... Управлять уже нет возможности. И в этом для меня отличие вот того адреналина, которым я лечил тот самый кризис среднего возраста, от нормального, дозированного риска. То есть это даже не риск, когда ты нормально, с умом подходишь.
B. 3.: Если говорить о прогнозируемом риске, то вот если у меня на мероприятии ни у кого нет синяков - это плохо, и если есть переломы - это плохо, а все, что между, - означает, что мы выдержали грань. А где такая грань в виртуальном мире?
C. Г.: Если тебе спать не хочется идти, то это хорошо. Если тебе жизнь не нравится любая за пределами компьютера, то это уже плохо. У меня недавно так было - целый месяц не видел солнца. Днем спишь, ночью играешь - и так целый месяц. И потом ты думаешь - надо же все же что-то и в реальной жизни делать... Вот ты просыпаешься, а там надо зачем-то какую-ту справку взять, в банк что-то отнести, какие-то проблемы, налоговая... Да до свидания! Напрягает. Так вот, это плохо. Когда виртуальный мир для тебя становиться основным, а реального - для тебя уже просто нет - это плохо.
B. 3.: То есть вот это и есть те критерии, из которых можно формировать оценку?
C. Г.: Ну да...
B. 3.: А вот если о твоих собственных критериях говорить. Ты уж озвучивал, что тобой изначально двигала цель стать миллионером. А насколько важно было при этом сделать хорошую игру, ну вот а ответствующую этим критериям?
C. Г.: Это изначально четко разделено было. Хороший продукт сделать - естественное желание поступить правильно. А стать миллионером, заработать денег - это совсем другая цель. За это друтая часть мозга отвечает. Там приоритетны бизнес-критерии. Если для того чтобы игра лучше продавалась, ее нужно сделать тупее - мы сделаем ее тупее. У тебя же, наверное, так же. Вот ты придумываешь игру. Страшно, адреналина шквал, но никто не поедет, страшно ведь! А если попсу сделаешь, все купят, но - не прикольно. Или как?
B. 3.: Мне тут проше, у меня свободы побольше. Если игра - это бизнес-продукт, я ее не придумываю, у меня для этого специально обученный человек имеется. А если я хочу сделать что-то очень крутое, но что мне самому нравиться, - я сделаю. Пусть пойдет один человек - мне будет достаточно. Даже если он откажется на полдороги - ну ладно, я-то дойду. Фактически я это для себя делан: Вот для тебя лично, например, привлекательность игры, которую делает твоя компания, имеет значение?
C. Г.: Для меня? Я, например, не люблю жанр, к которому относится S.T.A.L.K.E.R. Я больше стратегии люблю.
B. 3.: А вы когда игру придумываете... У вас же есть какие-то специально обученные люди тоже, сценаристы там...
C. Г.: Есть, и привлекаем...
B. 3.: Ну, я хотел спросить, вот всякие эпизоды - они же в любом случае из жизни берутся. Где-то что-то читал, слышал или из личного опыта. Вот из того, что мы тут сейчас наговорили, может что-нибудь когда-то всплыть в какой-то игре? Ты, скажем, прилеш к сценаристам и скажешь: мне тут один чувак такую историю когда-то рассказал, про яков в сортире... давайте ее тут обыграем;
C. Г.: Шанс есть, конечно. Так обычно и происходит. Есть какая-то основная идея, сюжет, который по ходу обрастает кучей мелких идей, находок. В рамках основной концепции, конечно.
В. 3.: Кстати, что за история с названием «Казаков»? Это ты специально сразу все так рассчитал, чтобы название было узнаваемо на Западе, или это случайно получилось?
С. Г.: Ну, я просто с самого начала хотел, чтобы название было связано с Украиной. Я, когда в школе учился, программу написал одну на экзамене. Назвал ее Chicago-95, тогда Windows-95 как раз был. Считал это крутым названием. Программа просто графики рисовала. Ты любую формулу вписываешь - она строит график. Отец увидел, спрашивает: что это ты делаешь? Я объяснил, вот, экзамен, программа, Чикаго. А он говорит - ты что, не патриот? Назови как-то по-нашему! Я ее назвал «Оболонь-95». И когда делались «Казаки», хотелось делать уже что-то свое. Вот так и получилось...
B. 3.: Ну а попадание в западную аудиторию с названием?
C. Г.: Мы, когда уже издавали игру на Западе, у нас издателями немцы были. Так мы хотели игру переименовать. А они говорят - не-не-не, не надо! Казаки - такое же узнаваемое слово, как водка, Калашников...
B. 3.: То есть попадание все же случайное...
C. Г.: Нет, я знал, конечно, что на Западе это слово знают, после войны 1812 года, но специально это в голове не держалось, когда название придумывалось. Приоритетней было именно отношение к Украине обозначить.
B. 3.: А ты вот когда ставил целью денег заработать - ты этим самым баблом хотел от каких-то комплексов избавиться, или это просто вот такая мечта была?
C. Г.: И то, и то, наверное. Хотелось всегда иметь максимальную степень свободы, что ли. Ее в нашем мире, как ни крути, деньги дают. И второе желание, такое же, пожалуй, сильное - это нравиться женщинам. У меня история была... по поводу «Порше». Мне одна девочка когда-то сказал - тебе не дано, у тебя такой машины никогда не будет! В 91-м году это было...
B. 3.: Ага... Ага... Как же эту девочку сейчас кааалбасит... Она, наверное, каждое утро просыпается и так, головой об стол - блин-блин-блин!!!
C. Г.: Ну ладно. А тебе-то кто что сказал в свое время? Что тебя понесло на Эверест...
B. 3.: Ты знаешь, никто ничего не говорил. Я как-то на пике моей карьеры в банке гулял на День Киева и обратил внимание... я такой был - в китайском спортивном костюме, в кроссовках, в футболке, а вокрут все такие красивые, нарядные, в костюмах, в галстуках. И я думаю, а в чем же так? А потом понимаю, что я-то на тот момент 5 дней в неделю в галстуке хожу уже девять лет! Аля меня отдых - это спортивный костюм! И мне это как-то так запало в голову, что я понял - жопа засиделась на стуле. Ну и потом настал 98-й год, когда банковских сотрудников стало много, а банков - мало.
C. Г.: Кризис 98-го - он был похож по ощущениям на то, что сейчас происходит?
B. 3.: Нет, что ты! Он был гораздо жестче. Конечно, тогда в Украине не было 170 банков, как в 2008-м, но тогда все было очень жестко. Дефолт в России очень сильно по нам ударил. Тогда все финансовые схемы шли через Россию.
C. Г.: А ты сразу решил на экстриме бизнес делать, или это как-то позже пришло?
В. 3.: Позже. Сначала я все-таки для себя это попробовал. Потом как-то одно мероприятие сделал - окупил все затраты, заработал и понял, что этим можно заниматься... Можно сказать, хобби стало бизнесом. У тебя-то, я знаю, изначально бизнес и хобби были связаны. Ты любил игры, ты хотел делать игры и ты хотел заработать денег. И все это срослось.
С. Г.: Совершенно верно.
B. 3.: А если о хобби говорить? Автоспорт, ты говоришь, источником адреналина быть перестал. Но автогонки - это можно назвать твоим хобби?
C. Г.: Ну, в прошлом году я выиграл Калина-Кап. Наш, украинский. Все на одинаковых машинах одновременно стартуют... Сказать, что это спорт... Наверное, нет. Если о хобби в классическом понимании говорить... ну, теннис настольный. Машины - да, наверное, тоже можно назвать хобби. А у тебя?
B. 3.: Я банки из под пепси собираю. По странам не уверен, но по континентам пепси вслепую отличу одну от друтой.
C. Г.: Круто. Я тоже когда-то хотел собирать... А кроме банок? Ты вообше различаешь, где заканчивается хобби и начинается работа? В поисках адреналина?
B.З .: Не. У меня вот официальное хобби «для прессы» - это пепси, а все остальное - оно вперемешку идет. Ааааа! Не, не, не! Чуть не забыл! У меня ж есть... с 2000-го года у нас в клубе есть программа по борьбе с зимой! Я зиму ненавижу. Я родился зимой, поэтому я 5 мая отмечаю Лень ангела, а день рождения игнорирую. И в 33 года я понял, что зима - это не зима, а период ожидания лета. И если бы зимы не было - фиг бы мы так лету радовались. Стало легче. Но программу по борьбе с зимой никто не отменял! Поэтому в первую зиму было макраме. Умные люди сказали, что если плетешь макраме - зима проходит в два раза быстрее. Во вторую зиму был японский язык. В четыре раза быстрее проходит. И все, у меня теперь 1 декабря обязательно должно быть какое-то событие, какое-то начало. В этом году были парикмахерские курсы.
C. Г.: А компьютерные игры подходят на роль убийцы зимы?
B. 3.: Ну не знаю.. .Кстати, я слышал, ты сейчас кино начал снимать по мотивам S.T.A.L.K.E.R.'a
C. Г.: Да, снимаем. Сначала хотели фильм снять, но в итоге решили делать сериал. Полный метр снять качественно довольно дорого, а в сериале есть возможность сделать все хорошо и именно так, как мы хотим.
B. 3.: У нас снимаете?
C. Г.: Да, в Одессе. Тебя, кстати, не звали киношники никуда попрыгать там в каком-то фильме?
B. 3.: Звали. Причем в последнее время зовут все чаще и чаше. Буквально вот вчера звонили... какой-то русский проект. Говорят, нам нужно отснять десантирующихся немцев, и они подсчитали, что дешевле всего их снимать на парашютной вышке, потому что когда берешь нижний план - нет разницы, откуда парашютист выпрыгнул - с вышки или с самолета.
C. Г.: У нас сцена есть - выпрыгивающие из вертолета десантники. Но они не десантируются, а именно выпрыгивают, потому что вертолет падает. И они должны прыгать на деревья, пролетают над аномалией...
B. 3.: Вживую снимали?
C. Г.: Еще не снимали. В сценарии есть.
B. 3.: А сколько серий?
C. Г.: 26. Два сезона по 13 серий.
B. 3.: Тебе самому там не хотелось засветиться?
C. Г.: А я засвечусь.
B. 3.: Кем?
C. Г.: Не знаю еше. В эпизоде, скорее всего, потому что сниматься-то некогда, а так, для себя, хочется - прикольно!
Навеяло опросик сделать: Как вы относитесь к виртуальной жизни ?
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|